Заветы отцов наших. Часть 1-2 - Страница 139


К оглавлению

139

Подкрадываясь сзади, Сантино цикнул в микрофон — иначе можно было нарваться на очередь в живот от своего же. «Котик» прятался в тени корпуса большого циркуляционного насоса. Жестами оговорили порядок действий, и Алан снова нырнул в темноту.

Танго уже начали засыпать на посту. Ночная вахта вообще дело скверное, тело само засыпает. Поэтому на нее обычно отряжали молодых. И случалось такое, что заснувший боец погибал, прихватив с собой несколько десятков сослуживцев. Как говорится, "последний сон — он сладкий самый"… Вдруг один из танго встрепенулся, прислушался. Кто-то несколько раз тихо, но отчетливо стукнул металлом об металл, метрах в двадцати от него. Он поднес к глазам прибор ночного видения — ничего. Решив проверить, тихо (как ему казалось) поднялся со своего места, сделал несколько шагов вперед, вглядываясь в зеленоватый пейзаж перед собой. Ничего. Услышав тихие хлопки резко обернулся и замер — метрах в двадцати от него стоял человек и этот человек расстреливал из автомата его спящих коллег. Танго поднял автомат, но выстрелить не успел — лейтенант — коммандер Сантино, появившийся из технического прохода между танками выстрелил первым…

— Общий доклад!

— Орел два! Минус два! Чисто!

Кажется, палубу хотя бы минимально зачистили…

— Сэр!

Четвертый номер держал в руках какую-то трубу, в приборе ночного видения было сложно определить, что это такое…

— Здесь целый арсенал, сэр! Гранатометы, крупнокалиберная снайперская винтовка. Подготовились на славу…

Сантино переключился на общий, закрытый канал связи всех участников операции.

— Орел один вызывает Тюленей!

— Тюлень один на связи!

— Площадка чиста! Минус восемь! Начинаем фазу два!

— Принял!


Персидский залив
11.10.2006 г. ночь
Фаза 2


Четыре «Зодиака» отошли от авианосной группы почти сразу же после того, как взлетели вертолеты с десантом. В каждую лодку погрузились по пять бойцов — пулеметчик, снайпер и три автоматчика — группа способная решать задачи в автономном режиме, даже если три остальные лодки не прорвутся к цели. Для сокращения и так небольшой заметности лодки (а попробуйте-ка разглядеть черную, низко сидящую резиновую лодку ночью в неспокойном море) сверху на лодку набросили стандартную маскировочную сеть, скрывшую очертания лодок и сделавших их похожими с расстояния на большую груду мусора. Двигатели накрыли специальными колпаками, уменьшавшими их шумовую сигнатуру больше чем в два раза. И тронулись навстречу опасности.

В море лодки выстроились цепочкой, одна за другой, соблюдая дистанцию десять метров, друг от друга. На корме каждой лодки горел фонарь, дававший свет только в инфракрасном диапазоне, их лучи помогали рулевым, одевшим приборы ночного видения не потерять друг друга в ночном море. Лодки шли довольно быстро, периодически их захлестывала волна, соленая вода попадала на морских пехотинцев, сидящих у бортов лодки, соль застывала на лицах, обмундировании и снаряжении. Неприятно. Но приходилось терпеть. На носу каждой лодки был установлен пулемет "Браунинг М2", совмещенный с мощным прожектором, на случай если все пойдет уж совсем хреново — но сейчас за пулеметами никто не стоял. По возможности надо было сработать тихо.

Черная громада танкера показалась неожиданно, он казалось, выплыл из тьмы, подобно громадной скале или утесу и рулевой первой лодки был вынужден принять резко вправо, чтобы не попасть под танкер. Мигнул фонарь на корме, сигнализируя другим лодкам о препятствии прямо по курсу. Четыре черных островка приняли вправо, уступая дорогу мрачной черной громаде.

— Ждем! Удаление сто!

По плану вторая фаза штурма должна была начаться только после того, как десант первой фазы отсигналит с борта цели о том, что палуба зачищена. Или через двадцать минут, после встречи с танкером — если произойдет, что десант первой фазы не сможет высадиться на танкер или будет убит в перестрелке.

Сигнал пришел черед десять минут — палуба чиста. Лодки пошли на танкер, разделившись на две группы, чтобы зайти одновременно на оба борта танкера — как вдруг с третьей лодки снайпер подал сигнал тревоги.

— Вижу движение! Рубка управления, две цели! Вооружены! Готовятся открыть огонь по палубе!

— Можешь снять их отсюда?

— Сложно, сэр… Это волнение… — лодка остановилась. Снайпер приник к прицелу своей Барретт-107, задержал дыхание, замер, пытаясь определить амплитуду колебаний лодки на волнах, чтобы поймать момент для выстрела.

— Я Тюлень три-три. Цель держу, готов открыть огонь.

— Обратный отсчет от трех! Три! Два! Один!

ТТАХ! ТТАХ!

На слове один две крупнокалиберные винтовки рявкнули одновременно, посылая в цель тяжелые пули. Один из снайперов сработал идеально — танго, который уже готовился открыть огонь по палубе, пуля аж сбросила с крыши рубки управления на палубу. Второй промахнулся — в следующий момент до морских котиков донесся негромкий отчетливый рокот пулемета.

ТТАХ! ТТАХ!

Работавший по палубе пулемет захлебнулся на полуслове, второй танго исчез из прицелов.

Нашумели!

— Чрезвычайная ситуация! — крикнул Де Вет, командовавший операцией с борта вертолета — работаем по второй схеме! Десанту держать палубу!

— Есть!

— Вниз — рявкнул полковник на вертолетчика, да так, что тот тут не подпрыгнул в пилотском кресле — заходим на цель! Быть готовым к высадке под огнем! Бортстрелкам — готовность!

Синхронно лязгнули затворы…

139