Заветы отцов наших. Часть 1-2 - Страница 102


К оглавлению

102

Душан помолчал, сплюнул куда-то вниз и твердо сказал:

— Какого хрена, босс… Я с тобой.


Багдад, "Зеленая зона"
"Кэмп-Браво" КМП США
27.08.2006 г.


Утром нас перебросили из укрепленного района «Чарли» под Аль-Кутом, в Багдад, в "Зеленую зону". Снова вертолет ВМФ США и снова посадка, которая не будет отражена ни в одном документе. Вместе со мной летел и Душан, старшим на базе «Чарли» на время нашего отсутствия оставили Боба. Бывший ганнери-сержант морской пехоты США, порядок он мог навести и поддерживать идеальный, такой, какой может быть только у морских пехотинцев.

Помимо того, адмирал вместе с этим вертолетом послал нам в Багдад кое-что из того, что нам было необходимо в «автономке», еще кое-что мы должны были раздобыть в самом Багдаде, самостоятельно. За один день такое снаряжение раздобыть и доставить на авианосец для погрузки в вертолет адмирал не мог, значит, оно на авианосце уже было, и появилось оно там явно не без помощи моего отца. Непрост адмирал, ох, непрост.

Летчик аккуратно приземлился на просторную площадку морпеховского «Кэмп-Браво», пригибаясь из него выскочили мы с Душаном, следом бортстрелок выкинул из вертолета наши пожитки — несколько набитых разными полезными вещами армейских вещмешков, которые послал нам адмирал. Вертолет сразу пошел на взлет.

От главного здания к нам шел мастер-сержант Рик Андерсон. Взглянув на него, я ужаснулся — такое ощущение, что он не спал несколько суток. Глаза были красными как у кролика, вид — краше в гроб кладут, откровенно говоря. Не говоря ни слова, мы обнялись.

— Похоже, ты выглядишь так же хреново, как я себя чувствую, Птичка…

Не реагируя на явную подначку, сержант подхватил пару вещмешков

— Пошли в казарму, печет на солнце что-то…

Перетаскав в наш кубрик (в котором теперь у нас было четыре комнаты на двоих) присланные нам вещмешки, мы пошли в логово мастер-сержанта Андерсона. На столе, заваленном какими-то бумагами, прямо посередине в гордом одиночестве возвышалась литровая бутылка джина. Сейчас в ней не оставалось и поллитра…

— Э, брат, так не надо — я решительно взял со стола бутылку, закрыл колпачком и поставил за стулом у своих ног — это полная хрень. Ну-ка рассказывай!

— А что рассказывать, Кабан? — Рик даже не сделал попытку отобрать бутылку — нечего тут и рассказывать. После того, как ты отчалил, нас перебросили в "Суннитский треугольник", только позавчера вернулись. Обстреливают даже днем, а что ни ночь — такой фейерверк, что день независимости отдыхает. Ни дня без того, чтобы кто-то подорвался на дороге. Вот и у меня — за все время командировки — Бог миловал, шесть трехсотых всего. А когда выходили оттуда — напоролись на фугас, видимо на танк ставили, пять гаубичных снарядов в одной связке, подрыв по проводам… Трое двухсотых, трое трехсотых разом, твою мать!

Вот так вот и воюем.

Немного привел в порядок мастер-сержанта Андерсона — воспользовавшись старшинством по званию, я просто отправил его бегать кросс пять километров на спортплощадке базы, а Душана оставил следить за тем, чтобы не сачковал. Сам же я начал распаковывать вещмешки, разбирая вещи, которые нам должны были пригодиться в «автономке».

Автономка… Дело не такое простое, как может показаться на первый взгляд. А уж в таком районе как Садр-Сити даже однодневная автономка — смертельно опасное предприятие. И, тем не менее, мы должны были не только выжить, но и установить, где именно базируется группа полковника Ковальски, зачем он ездил в Садр-Сити и где там базируется. Моя встреча в Садр-Сити была единственной ниточкой, которая могла помочь распутать клубок, больше не было ничего.

Легенды. Самая лучшая легенда в Садр-Сити, какую только можно придумать — это легенда араба, еще лучше журналиста мусульманского телеканала типа «Аль-Джазиры» (чтобы объяснить тот факт, почему обладатель легенды расспрашивает людей и везде сует свой нос). Но в моем случае эта легенда не подходила. Мало того, что ни Душан ни я не могли свободно общаться на арабском. Для того, чтобы сойти за араба недостаточно надеть галабию. К примеру, и Душан и я имел за плечами армейскую службу, и когда мы идем, то неосознанно мы идем широким армейским шагом, с пятки на носок. Арабы же в основном ходят семенящим шагом, соответственно мы будем выделяться как муха на стене. И таких нюансов — масса! Легенды арабов для нас не подходили никак.

Оставались легенды европейцев. Из европейцев в Ираке наиболее распространены четыре категории: журналисты, медики, солдаты коалиционных сил европейских стран и контрактники, работающие на нефтяных месторождениях либо над восстановлением инфраструктуры. Европейцы в стране были достаточно распространены, риск стать жертвой похитителей уравновешивался высокими зарплатами.

В Садр-Сити с рабочим визитом могли наведаться представители двух категорий из четырех: врачи и медики. Врачи — потому что со здравоохранением там был полный… не буду говорить что. По улицам текли зловонные реки, удивительно как там до сих пор не началось полномасштабной эпидемии. Визит врача в Садр-Сити был понятен и оправдан. Поэтому адмирал (а, скорее всего отец) прислал на нас с Душаном документы, удостоверяющие нашу принадлежность к международной организации "Врачи без границ". Эта организация имела давние и тесные контакты с американским разведсообществом, поэтому я ничуть не удивился. Одна легенда есть.

Вторая легенда — журналистская. Здесь можно было использовать легенды практически любой страны Западной Европы кроме Италии и Великобритании, ибо они в боевых действиях в Ираке не участвовали и боевые действия осудили. Поэтому нам прислали комплект документов (включая аккредитации в штабе коалиционных сил), мне на имя немецкого журналиста малоизвестной газеты, Душану — на имя югославского корреспондента. Чем ближе к истине тем лучше, потому что Душан был сербом, я — наполовину немцем.

102